Магические сны Леоноры Каррингтон

Предлагаю совершить путешествие в мир магических снов легендарной английской художницы Леоноры Каррингтон (1917—2011), в невероятной жизни которой самым блёклым эпизодом был побег из психиатрической клиники, совершённый посредством подводной лодки.

Никто не сияет всё время: о фильме «Доктор Сон»

Если вы хорошо помните фильм «Сияние» Стэнли Кубрика, то оммаж «Доктор Сон» от режиссёра «Призраков дома на холме» Майка Флэнагана (родившегося, к слову, в первые дни съёмок «Сияния») будет вам особенно приятен и даже, возможно, вызовет ностальгическую слезу. Ещё бы, нам предложено чуть ли не покадровое перепрохождение снежных лабиринтов и вызывающих нервную дрожь гостиничных коридоров. Хуже, если вы читали «Сияние» Стивена Кинга и его, пусть и чуть менее глубокое, но всё же, наполненное эсхатологическим подтекстом продолжение — этот своего рода «Ночной Дозор» на американский манер: секта колесящих по миру древних вампиров, слабо подверженных влиянию времени, охотится на «сияющих» людей и питается их жизненной силой, а им пытаются противостоять несколько «сияющих», в том числе, волею обстоятельств, главный герой романа — Дэнни Торранс, по мере взросления заглушивший в себе уникальный дар выпивкой, запертым в подсознании страхом и оправданием жестокости отца. Если вы поклонник творчества Кинга, то вас, как и меня, может поначалу посетить противоречивое чувство подмены. Но, быть может, вы смиритесь и просто примете новый фильм как он есть — кто знает.

Ведь, как известно из базового, кинговского «Сияния», НИКТО НЕ СИЯЕТ ВСЁ ВРЕМЯ — КРОМЕ, МОЖЕТ, ГОСПОДА НА НЕБЕСАХ. Вот и гениальный Стэнли Кубрик в далёком 1978 году, сияя, взялся за экранизацию хорошей книги, но так увлёкся визуализацией (оно и понятно, он же кинорежиссёр), что свёл весь авторский психологизм и всю архитектуру объёмного романа — первого значительного романа Кинга — к яркому арт-треш-хоррору, наплевав на мистику и хорошенько выветрив атмосферу: никакого вам лютого осиного гнезда, никакого атакующего пожарного шланга и хищных живых изгородей, никакой медленной трансформации характера Джека Торренса; вместо номера 217 — номер 237, а за давлением в отопительном котле инфернального отеля «Оверлук» и вовсе никто не следит — соответственно, в финале фильма нет никакого разрушения и т.п. Давняя трансформация романа благодаря фильму породила въедливый, надёжно вросший в массовое сознание архетип — ведь фильм был незауряден и вошёл в историю искусства. Стоит признать: смысловое эхо «Сияния» гораздо большая заслуга Кубрика, нежели Кинга.

А после того, как Кинг написал «Сиянию» продолжение, пытаясь тем самым укрепить фундамент своей, книжной истории, мир встал перед проблемой: как воспринимать новую авторскую архитектуру, если в миллионе мозгов и душ «Сияние» накрепко связано с сюжетно упрощённым, но ярче сияющим (каламбур, прощу прощения) киновоплощением? Ясное дело — теперь нам предлагают отталкиваться от киноверсии 40-летней давности (заметим в скобках: ещё и новаторской киноверсии). Те, кто готов принять такие условия — без проблем примет предложенную Флэнаганом игру. Те, кто читал «Доктор Сон» как продолжение «Сияния» Стивена Кинга — узрят новые искажения. Принимать или не принимать данную адаптацию — дело выбора. Мой вердикт: кино хорошее, актёры и сценарий прекрасные. Но обе книги Стивена Кинга — намного глубже и лучше всех имеющих место экранизаций. Впрочем, всё в свой черёд имеет право на сияние.

Александру Градскому — 70

Сегодня, 3 ноября, исполнилось 70 лет Александру Борисовичу Градскому.

Я уже неоднократно отмечал на сетевых страницах степень значимости и таланта этого нашего замечательного современника: композитора, автора и исполнителя. Поэтому сегодня просто ещё раз скажу здесь спасибо юбиляру: за немеркнущее с годами наследие группы «Скоморохи» — одной из первых настоящих советских рок-групп; за коллекцию замечательных пластинок — от «Русских песен» и «Размышлений шута» до «Несвоевременных песен» и «Неформата»; за посильное расширение массового творческого мировоззрения и важную пропаганду — посредством талантливых сюит — творчества великих русских поэтов; за «Хит-парад Александра Градского» на радио «Юность» конца восьмидесятых годов, открывший и сделавший важными для меня много интересных отечественных рок-групп; за несколько знаковых рок-опер и музыку к фильмам; за популяризацию творчества «The Beatles» и, наконец, за независимость, бескомпромиссность и настоящую рок-н-ролльную дерзость. Здоровья и достижения новых творческих горизонтов Вам, дедушка русского рока!

Имя им «Легион»: мой отклик на нового «Терминатора»

— Привет, я Терминатор. Вчера сменил операционную систему.
— А какая у тебя была?
— Экс—пи.
— А стала?
— А стала Виста, бэйби!

Итак, фильм «Терминатор: Тёмные судьбы». Удивительно, но факт: в 2019-м году ещё очень даже возможно (при грамотном подходе, разумеется) снять настолько олдскульный, ламповый фантастический супербоевик. Джеймс Кэмерон, вернувший в этом году права на собственное детище, перезапустил зашедшую бог весть в какие сюжетные джунгли франшизу, возложив на плечи Тима Миллера немаловажную для фэнов базового «Терминатора» миссию: игнорировать три предыдущих сиквела, отмотав действие на финал «Терминатора-2», выпущенного в 1991 году. Сценарием занялся автор «Тёмного рыцаря» и «Демонов да Винчи» Дэвид С.Гойер, и его труд в совмещении с крепкой игрой актёрской команды принёс свои плоды: фильм не разочаровал и, как минимум, вернул утраченную надежду.

Горькая ирония: титаническая коррекция будущего спасла человечество от тотальной гибели (спасение, впрочем, мало кто оценил), но не отвела ни на шаг от самой угрозы уничтожения: никто в этом будущем не знает ни про какой Скайнет, но все стремглав бегут от армии оснащённого жуткими щупальцами искусственного интеллекта под названием «Легион»: в общем, хрен редьки не слаще, всё стало даже ещё мрачнее и безжалостнее. К слову, ничего нового нам про этот грядущий мир так и не рассказали: достаточно гнетущих декораций — всё внимание на наше время. А пока там, в будущем, люди всё тщательнее мутируют в киборгов, попутно собирая армию сопротивления зловещим машинам, способным засылать сквозь время фиг-знает-как-одолеваемых киллеров, в 2020 году живёт как минимум один пожилой техасский робот, сумевший интегрироваться в человеческое общество и стать, в меру собственных способностей, добропорядочным семьянином с хладнокровно скрываемым комплексом вины перед одной сильной женщиной из плоти и крови. Причудливые смысловые рифмы.

На выходе: некрикливая дань уважения классике фантастического жанра, совмещённая с легендарным статусом эпопеи (вполне на этот раз подтверждённым). Скоростной экшен, визуальные эффекты — на самом современном пределе. Игра Линды Хэмилтон, Маккензи Дэвис, Арнольда Шварценеггера — настоящий подарок зрителям. Синтез названных ингредиентов даёт в результате добротную киноисторию, с которой сживаешься — с чем я нас всех и поздравляю.

Концерт группы «АукцЫон»: мои впечатления

6 октября сходил на концерт группы «АУКЦыОН». Сегодня в эксклюзивном обзоре делюсь своими впечатлениями об этом незабываемом вечере. Следите за регулярными обновлениями в разделе «ПОБЫВАЛ НА КОНЦЕРТЕ», друзья, будет интересно.

Анна Ахматова: необычный ракурс

Графическая новелла «АХМАТОВА. 6 историй», выпущенная к 130-летию со дня рождения одной из наиболее значительных русских поэтесс минувшего века, приятно меня удивила своей прозрачной изысканностью и дерзким модернизмом. При желании название можно ассоциативно связать с ахматовским сборником «Из шести книг», создававшимся в условиях жёсткого контроля НКВД над поэтессой в преддверии Великой Отечественной войны — адреналином и сквозняками безумия пропитан весь корпус представленных в новелле «био-графических» эпизодов. Гумилёвы (лев и львёнок), Булгаков, Сталин, Пастернак, Модильяни — все они здесь, на этих страницах, кружатся по воле художника в запечатлённом колючем клубке лиц и судеб.

На первом плане — чувственность, эмоциональные оттенки и хождение по кромке миров, и уже на втором — достояние учебников: земная миссия с её нескончаемыми «каменными словами», «кровавыми сапогами» и «шинами чёрных марусь» плюс — горькая цена прозрений. Эта новелла — для подготовленного читателя, а в помощь неофитам в заключительной части книги представлен полный сценарий («о чём всё это было нарисовано»). Сценарий и его воплощение не всегда перекликаются — тут есть простор для осмысления. Выбор эпизодов, повторюсь, непредсказуемый, в повествовании имеются такие прорехи, как, например, будто бы намеренное выветривание эпизода с расстрелом Николая Гумилёва или, о чём мне хочется особенно жалеть в данном случае, создание «Реквиема», столь мощно и резонансно прогремевшего в Союзе в 1987 году, когда его наконец-то напечатали здесь спустя почти полвека после написания). Возможно, тут всё дело в возрасте сценариста, явно не просыпавшегося в годы Перестройки чуть свет, чтоб купить в газетном киоске журнал «Октябрь». Основной сценарный вектор — неординарность личности юной Анны Горенко, давлеющая мистическая история с потерянным рубиновым кольцом и — Лев Гумилёв, его миссия. Необычный ракурс. Повествование завершается за двадцать лет до того, как сердце поэтессы встало, а едва это произошло, в газете «Правда» и остальных советских газетах были опубликованы лицемерные некрологи со словами о «смерти выдающейся русской советской поэтессы» — в то время, как государство приложило максимум усилий для замалчивания таланта Ахматовой, принижения её творческих заслуг и расправы над её родными.

Интересно, что изначально каждый из шести представленных эпизодов жизни Анны Ахматовой должен был быть нарисован отдельным художником — как это было в изданном два года назад сборнике «Писатели и революция». Художник Аскольд Акишин, к слову, был в том проекте одним из авторов. В этот раз Акишин в одиночку и с мастерским успехом превратил вовсе не бесспорный сценарий Денниса Двински в упругую графическую форму. В целом, очень важная и чарующая работа при всех огрехах «уминания сюжета». При погружении есть ощущение перемещения во времени, это важно.

Рекомендую любителям нетривиальных арт-проектов.

Истина нигде: постигая «Искусство лёгких касаний»

Получил большое удовольствие от новой книги Виктора Пелевина «Искусство лёгких касаний» — эта работа ничуть не проигрывает прошлогодним «Тайным видам на гору Фудзи», о чём мы в свой черёд здесь с вами размышляли. Будучи закоренелым концептуалистом, Пелевин в очередной раз достаёт из рукава все имеющиеся в его любовно собранной коллекции мультикультурные пазлы и, наловив в мешок ухмылки чумазых химер в отсвете едва остывшего нотр-дамского пожара, вовлекает читателя в новую игру по сборке очередного сюжета. Как обычно, по Пелевину можно сверять часы — время будет самое актуальное. При этом автор оставляет каждому право индивидуального осознания и понимания начального смысла и конечной цели такой игры.

Книга делится на три разноформатные части, напрямую никак не связанные друг с другом. Повесть «Иакинф» — классический Пелевин, которого любит и понимает большинство. Горный маршрут в компании нескольких тянущихся к духовному познанию туристов-хипстеров, заносчиво называющих себя «моделью новой России» и сопровождаемых, ох, непростым проводником Акинфием Иванычем — доставляющая удовольствие разминка. Будет над чем посмеяться, будет чему ужаснуться — в общем, всё как мы любим. Далее — основное и пронизанное самыми причудливыми вкусовыми оттенками блюдо: представленный в виде дайджест-пересказа роман «Искусство лёгких касаний»: здесь Пелевин выдаёт полный набор своих приёмов и наработок, исследуя природу самого могущественного бога нашей эры — Разума. Под покровами мировой закулисы (будем следить за стилизованным под политический детектив некоего Константина Голгофского расследованием отравления генерала ГРУ в контексте масонских штучек и актуальных политических заговоров типа вмешательства в выборы и т.п. ), сквозь мерцание «татуированной ноосферы» проступают лики маркиза де Сада и офорты Гойи (кстати, давненько мы не листали иллюстрированных пелевинских книг), а из проступающих цитат Кастанеды и Сартра можно, при желании, выстроить Вавилонскую башню. Всё это роскошество  - в рамках обозначенной формулы: «в двадцать первом веке нет никакой разницы между культурными процессами и военными действиями». Ну, а завершается сборник небольшой зарисовкой «Столыпин» на жанровом стыке сатиры и фантастики (многие уже забыли, но Пелевин, вообще-то,  футурист от Бога): нас ждёт встреча с героями прошлогоднего романа «Тайные виды на гору Фудзи», которых мы найдём в весьма причудливых, но не ломающих их душевного комфорта обстоятельствах.

...И сразу вспомним «Жёлтую стрелу», мысленно оценив как размах, так и незыблемость немеркнущих концепций Автора. Очередной круг замкнут, самое время лёгким касанием рассыпать пазлы — в преддверии новой игры.

По ту сторону смеха: коротко о фильме «Джокер»

Не так давно российский министр культуры посетил книжную ярмарку и там заявил: «Комиксы — это для тех, кто плохо умеет читать. Я очень плохо отношусь к комиксам. Комикс — это как жевательная резинка, это не еда. Комикс ориентирован на ребёнка, который только учится читать, до семи-восьми лет. Но взрослому человеку читать комиксы — это признаться, что «я дебил, я читаю комиксы»». Ровно в те же самые дни на Венецианском кинофестивале был представлен кинофильм Тодда Филлипса «Джокер», в сюжетном фундаменте которого не что иное, как серия культовых комиксов издательства «DC Comics», в которых супергерой Бэтмен имеет дело, в числе прочих антигероев, с суперзлодеем по имени Джокер. Фильм вышел в прокат, произведя эффект разжавшейся пружины: история выдуманного и, казалось бы, досконально знакомого персонажа, сумасшедшего убийцы с ворохом психологических проблем и тёмных мотиваций, настолько сильно всколыхнула мир, что многие зрители забыли даже об упомянутой комиксной вселенной. Ещё бы: комиксы давно уже переросли жанр развлекательных детских историй в картинках и стали неотъемлемой частью культурного фонда человечества, а фильм «Джокер» — это ещё один уверенный шаг вперёд.

О фильме уже сказано и написано более чем достаточно, его в основном хвалят — оговариваясь, что картина получилась чересчур жестокой, мрачной и обладает двойным дном. Всё это так. Скажу вкратце, какие ассоциации вызвала эта работа во мне. Первая (и главная) ассоциация — с романом Виктора Гюго «Человек, который смеётся». В самом деле, кульминационная речь стихийного бунтаря в клоунском гриме Артура Флека в прямом эфире телешоу самоуверенного Мюррея Франклина — это же, в смысловом плане, не что иное, как хорошо всем памятное обличение из уст Гуинплена, обращённое к пэрам Англии в палате лордов. Вспомним:
— Зачем явилось сюда это чудовище?
— Зачем я явился сюда? Затем, чтобы повергнуть вас в ужас. Я чудовище, говорите вы? Нет, я — народ. Я выродок, по-вашему? Нет, я — всё человечество. Выродки — это вы. Вы — химера, я — действительность. Я — Человек. Страшный «человек, который смеётся». Смеётся над кем? Над вами. Над собой. Надо всем. О чём говорит этот смех? О вашем преступлении и о моей муке. И это преступление, эту муку он швыряет вам в лицо. Я смеюсь — и это значит: я плáчу.

Вторая ассоциация - графический роман-антиутопия Алана Мура «V - значит вендетта». «Революция без танца не стоит того, чтобы её устраивать» — помните?.. Вот это для меня, помимо базовой истории вселенной Бэтмена — два краегольных булыжника в данной истории. Про прямые отсылки режиссёра к фильмам Мартина Скорсезе и причудливые астральные переклички с фильмографией Алексея Балабанова многие сказали без меня — и это, конечно, тоже важно. На успех работает всё вместе: базовые архетипы конкретной комиксной серии и расставленные на каждом повороте культурные маяки (назовём хотя бы мелькающие в «Джокере» кадры фильма «Новые времена», одного из программных фильмов Чарли Чаплина о выживании во времена Великой депрессии); актуальный социальный памфлет в понятной большинству экзистенциальной обёртке. И вот уже доведённый до ручки социумом убийца-психопат в клоунском гриме, в одночасье ставший символом бунта низов в заваленном мусорными свалками и пронизанном социальным неравенством Готэм-Сити альтернативного 1981 года, становится нам чем-то близок, понятен и интересен. Сквозь отталкивающий смех танцующего в обнимку со смертью безумца и хлопки пистолетных выстрелов мы, зачарованные наблюдатели, считающие себя нормальными, невольно начинаем слышать и понимать иную проступающую тональность — по ту сторону смеха. Кто-то напыщенно отвернётся от критически накренившейся над головой Вавилонской башни (вновь вспоминаем Гюго). Кто-то не захочет признавать очевидного. А кто-то громко засмеётся, закурит сигарету и станцует на усыпанном осколками тротуаре поверженного города. Вопрос: кого тогда назовут безумцем?

Юбилей Бориса Немцова

60 лет назад родился Борис Немцов. Нет ни малейшего оправдания истинным убийцам этого сильного, красивого и честного человека. И время суровой расплаты для них — безусловно! — грядёт. Мы это увидим.

Лучшее российское кино 2005 года: скипидар и формалин

Помните, деревенский философ Клизя в фильме «Граффити» изрёк: «Лучше бегать наскипидаренным, чем лежать наформалиненным!». Это меткое высказывание, как я полагаю, в полной мере отражает общую ситуацию с российским кинематографом 2005 года — а именно до этого года мы с вами добрались в нашем подведении глобальных киноитогов двух уходящих десятилетий. Напомню: мы здесь не спеша пересматриваем всё снятое в России за означенную эпоху (исключая телесериалы, о которых особая речь, и не беря в расчёт чрезмерно претенциозный арт-хаус), вспоминаем абсолютные шедевры и хладнокровно выставляем за скобки работы, не прошедшие проверку временем. В итоге остаётся мой, рекомендуемый всем и каждому, авторский реестр самых знаковых и качественных фильмов — вот такая простая концепция. Итак, что у нас с 2005 годом?

Тенденция середины нулевых — подъём национального самосознания и обращение к корням. Лучшие наши фильмы 2005-го — о ценности личностного саморазвития и моральном выборе в экстремальной ситуации. На больших экранах, помимо бандитов и чекистов, появились простые люди с их внутренним космосом, а попсовые саундтреки всё чаще стали заменять греющие душу фолк-роковые напевы. Не всё кино переступило через своё время: зачастую блистательная актёрская игра перечёркивается унылыми сценарными решениями или режиссёрской халтурой. В числе фильмов, не получивших — увы! — пропуск в будущее при нашем сегодняшнем перепросмотре, назову «Заказ» Веры Глаголевой, «Бой с тенью» Алексея Сидорова, «Побег» Егора Кончаловского, «С Дона выдачи нет» Олега Массарыгина, «Бедные родственники» Павла Лунгина, «Парниковый эффект» Валерия Ахадова. Нет смысла искать крупицы исторической ценности в бесцветных продолжениях самих по себе бесцветно-конъюнктурных «Бумера» и «Мама, не горюй», а, например, фильмы «Глазами волка» Николая Вороновского и «Птицы небесные» Татьяны Фирсовой кажутся сегодня чрезвычайно блёклыми по причине какой-то советской архаичности — при наличии гениальных актёров и неплохих сценарных идей. «Статский советник» Филиппа Янковского мог бы стопроцентно войти в итоговый список, если бы не окрашенная претенциозностью концовка картины, ставящая с ног на голову мотивы героя одноимённой экранизированной книги Бориса Акунина из цикла про похождения сыщика Эраста Фандорина (зато «Турецкий гамбит» Джаника Файзиева не подкачал и по-прежнему — проверьте сами! — доставляет удовольствие). Отдельное разочарование — экспериментальная и, в потенциале, интересная работа «Пыль» Сергея Лобана, смотреть которую сегодня можно лишь отмотав полтора часа от начала, когда на экране появляется герой Петра Мамонова. Об остальных российских кинопродуктах 2005-го позвольте не высказываться — побережём время и нервы. Таким образом, по следам вдумчивой переоценки «свежим взглядом» получился такой реестр реально качественных российских фильмов, выпущенных в 2005 году (порядок алфавитный):

1. 9 РОТА (Фёдор Бондарчук)
2. ГРАФФИТИ (Игорь Апасян)
3. ДНЕВНОЙ ДОЗОР (Тимур Бекмамбетов)
4. ЖМУРКИ (Алексей Балабанов)
5. КОЛЯ — ПЕРЕКАТИ ПОЛЕ (Николай Досталь)
6. КОСМОС КАК ПРЕДЧУВСТВИЕ (Алексей Учитель)
7. НЕ ХЛЕБОМ ЕДИНЫМ (Станислав Говорухин)
8. ПЕРВЫЕ НА ЛУНЕ (Алексей Федорченко)
9. ПОЛУМГЛА (Артём Антонов)
10. СОЛНЦЕ (Александр Сокуров)
11. ТУРЕЦКИЙ ГАМБИТ (Джаник Файзиев)

О содержании и превосходящих критику достоинствах названных работ предлагаю вам узнать самостоятельно. Лучше всего попросту посмотреть все эти фильмы и составить своё мнение, а в случае с фильмом Н.Досталя «Коля — перекати поле» освежить память просмотром первой части дилогии, фильма «Облако-рай». А наш исследовательский проект продолжается, на очереди — перепросмотр картин 2006 года. Ожидайте результатов, друзья!

Время Марка Захарова

Сегодня, 28 сентября, не стало режиссёра-философа Марка Захарова... Человеку моего поколения невозможно представить своё становление без неизменно актуальных и одухотворяющих работ этого художника: это такие театральные постановки взращённого Марком Анатольевичем театра «Ленком», как «Тиль», «Юнона и Авось», «Поминальная молитва», «Королевские игры», «Шут Балакирев»; это знаковые киношедевры «12 стульев», «Обыкновенное чудо», «Тот самый Мюнхгаузен», «Формула любви», «Убить дракона»; это общественная деятельность Захарова и его гражданская позиция. Низкий поклон мастеру.

Мир без группы «Битлз»

Несколько лет назад на просторах «Фейсбука» музыкальный журналист Александр Кушнир задавался вопросом: почему в наших широтах невозможен аналог группы «Oasis»? Я на это ответил тогда комментарием: невозможен, поскольку у нас не было своих «The Beatles». А вот, посмотрели мы тут новый фильм Дэнни Бойла «YESTERDAY», и я аж крякнул во время просмотра одного тонкого эпизода, связанного именно с этим — вполне очевидным для меня — логическим пазлом. Клёвая получилась мозговая синхронизация.

Что касается непосредственно фильма: жанр альтернативной истории нынче в моде, и уже не впервые в этом сезоне билет в кино является одновременно билетом в отредактированную реальность. Автор культовых «На игле» и «Миллионера из трущоб», вооружившись сценарием Ричарда Кёртиса, на счету которого такие шедевры, как «Реальная любовь» и «Рок-волна», предлагает нам романтическую комедию о работнике супермаркета, молодом музыканте Джеке Малике, очнувшимся после травматического инцидента в мире, где кое-что изменилось. Ну, например, отсутствует «Coca-Cola» и сигареты. А ещё — буквально начисто утрачена информация о существовании группы «The Beatles»! Такого ансамбля просто не существовало на Земле, как ни терзай сетевые поисковики, как ни цитируй в людных местах крылатые фразы из битловского наследия. И только славный британский парень Джек Малик, подобно Эдгару Смиту из рассказа Роберта Шекли «Мнемон», носившему в голове тонны запрещённого властями мирового литературного наследия, помнит песни ливерпульской четвёрки и вынужден спешно восстанавливать по памяти слова и аккорды, дабы не лишить человечество последнего, ускользающего шанса. В новой реальности Джек, из которого как из рога изобилия ежедневно сыплются, к радости боссов его рекорд-лейбла, шедевры никому не известных Леннона и Маккартни, стремительно совершает восхождение на музыкальный Олимп, где царствует — о, боже! — великий король поп-музыки Эд Ширан (музыкант играет сам себя, и надо отдать должное его актёрской харизме и самоиронии)! Цена нахлынувшего успеха — угрызения совести и проблема в личных отношениях: будет упущением не отметить обаяние актрисы Лили Джеймс, звезды сериала «Аббатство Даунтон» и фильма «Клуб любителей книг и пирогов из картофельных очистков».

Фильм украсил семейный вечер: ворох смешных и, как я уже сказал, тонких шуток; несколько реально сентиментальных моментов (внимание, спойлер: почтенный ливерпулец Джон Леннон жив, и старичок, не написавший в жизни ни одной песни, ни на что не жалуется!) и, безусловно, звучащие беспрерывно кавер-версии битловских нетленок в исполнении Химеша Пателя, главного актёра картины. Рекомендую всем и каждому, очень симпатичная история.

Джоанна Стингрей в Московском доме книги, 13.09.2019

Вечером 13 сентября побывали в Московском доме книги на Новом Арбате на презентации новой книги легендарной американской рок-певицы Джоанны Стингрей — «Стингрей в Зазеркалье». Вашему вниманию — отчёт об этом мероприятии и мои блиц-впечатления.

«Однажды в Голливуде»: день премьеры

«Сначала он убил Гитлера, теперь спас Тейт. Что же будет дальше?..» — допив кофе, громогласно воскликнул незнакомец в кафе ТРЦ, где мы обедали после самого первого сеанса премьерного показа нового фильма Квентина Тарантино — «Однажды...в Голливуде». Что ж, верная примета: если фильм вытаскивает эмоции наружу — это стоящий фильм!

Можно сказать, что новый киновыстрел Тарантино безупречен. И — милосерден! Жанр альтернативной истории, успешно обкатанный мэтром в «Бесславных ублюдках», на этот раз щедро приправлен сентиментальностью и, кто бы мог предположить такой нонсенс, нежностью и неподдельной ностальгией. Тарантино идёт на смелый шаг: он целенаправленно пренебрегает возможным разочарованием бескомпромиссных фэнов, привыкшим к рекам крови и безбашенной жестокости в его фильмах, и под саундтрек ранних «Deep Purple» и «The Riders» погружает нас в залитую солнцем и психоделическим дурманом атмосферу Америки конца шестидесятых, рассказывая историю дружбы вымышленного телеактёра Рика Далтона (Леонардо Ди Каприо), переживающего карьерный кризис, и его дублёра, каскадёра Клиффа Бута (Брэд Питт). Попутно нам предложен увлекательный экскурс в означенный период (настоящая интерактивная энциклопедия от кинопрофессора Тарантино) и целый каскад эпизодов, связанных с реальными культовыми персонами рассыпающейся у нас на глазах эпохи — типа Брюса Ли или одной из центральных героинь картины, красавицы Шэрон Тейт (роль досталась звезде фильма «Две королевы» Марго Робби). По стечению обстоятельств, главные герои фильма оказываются в эпицентре голливудских событий августа 1969 года (8 августа, в день премьеры фильма, зверскому инциденту на ранчо Джорджа Спэна, устроенному группировкой радикальных хиппи под началом Чарльза Мэнсона, исполнилось ровно 50 лет) — но развязка известной многим зрителям реальной истории режиссёром мастерски откорректирована, и этот поворот переводит эмоции на совершенно иной уровень катарсиса. Можно поразмышлять над механикой подобного режиссёрского приёма, можно (и нужно) лишний раз проштудировать историю американского шоу-бизнеса эпохи расцвета хиппизма, можно отдаться магии атмосферы — в любом случае, просмотр тарантиновской работы принесёт положительный эффект.

Приятно осознавать, что есть ещё фильмы, после которых хочется верить в силу искусства.

30-летие группы «Настя»: хроника концерта

Вашему вниманию — очередной концертный обзор. Сегодня делюсь впечатлениями о посещении 30-летия группы «Настя» в «Главклубе». Шоу состоялось при участии «Группы Вадима Самойлова», длилось в общей сложности 2 с половиной часа. Были исполнены фактически все суперхиты, но имели место проблемы со звуком. Подробный обзор и все впечатления вечера — прямо здесь и сейчас!

Сериал «Чернобыль»: правда под укрытием

Американский мини-сериал «Чернобыль», увидевший свет в мае текущего года, вызвал громкий резонанс и побил все существующие рекорды сетевых просмотров. Художественное отображение катастрофических событий 33-летней давности, ставших последствием необдуманных экспериментов на четвёртом энергоблоке Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 года, превзошло по накалу воздействия на общественное мнение самые смелые ожидания создателей данного кинопроекта. Правде свойственно резать глаза, и тут бессильны любые солнцезащитные очки — многие об этом свойстве попросту забыли.

В креативной команде нашумевшей 5-серийной теледрамы — американский сценарист Крейг Мазин и шведский режиссёр Йохан Ренк, создатель нескольких эпизодов культового сериала «Во все тяжкие» и автор последних прижизненных видеоклипов Дэвида Боуи «Blackstar» и «Lazarus». Фильм «Чернобыль», фактически, является обобщающей экранизацией самых краеугольных документов по данной тематике — от расшифрованных кассет академика Валерия Легасова, надиктованных им перед добровольным уходом из жизни, до наиболее известных на Западе книг, список которых можно начать с пронзительной «Чернобыльской молитвы» Светланы Алексиевич, которую мы вспоминали здесь в год 30-летия Чернобыльской аварии. Россияне, фактически отвыкшие от исторической рефлексии (осталась только истерическая) и отученные от возможности честного взгляда на собственную историю посредством художественных средств, массово погрузились в просмотр и...ожидаемо увязли в обсуждении допущенных в фильме неточностей — как будто это документальная работа и как будто альтернативная подача фактов (к слову, не все из них были должным образом раскрыты на Родине и уж точно не вписаны столь подробно в российские учебники) что-то меняет в главном: собственническом отношении государственной машины, милитаризованной с головы до пят, к гражданам своей страны. Построенный на недееспособной идеологии СССР не устоял перед вызовом Чернобыля, когда под угрозой колоссального радиационного заражения Европы пришлось публично вскрывать многие зревшие десятилетиями нарывы нашей исторической пробуксовки и отставания. Руководство страны впало в ступор, а героями стали простые люди: солдаты-срочники, пожарные, шахтёры, врачи, учёные, многие из которых отдали самое главное — жизнь. По факту было так: одни люди (ликвидаторы и волонтёры-добровольцы) строили укрытие над разрушенной АЭС для спасения человечества, а другие (партийные функционеры) хладнокровно пыталась закрыть саркофагом неудобную правду.

«Чернобыль» снят с максимальным уважением и пронизан гуманистическим содержанием: мы видим события глазами разных участников, у каждого из которых (кроме вымышленной учёной Ульяны Хомюк) есть реальные прототипы. Несмотря на точное отображение истории (эвакуация Припяти, судебная хроника и т.п. ), создателями чётко выдержана намеренная дистанция между реальностью и вымыслом: чтоб передать мотивацию героев и коллективные мысли, применяется художественный метод — как в случае с общением министра угольной промышленности с призываемыми на подвиг шахтёрами, каждый из которых в итоге вытирает о властного функционера испачканные углём руки. В целом, метафористичность сериала не может не вызывать восхищение. То же касается актёрского ансамбля: есть поразительный, стержневой дуэт Джареда Харриса (академик Легасов) и Стеллана Скарсгорда (глава правительственной комиссии Борис Щербина). Есть остро-сентиментальная лирическая линия: личная драма пожарного Василия Игнатенко и его супруги Людмилы. Есть вереница эпизодических героев, к которым прикипаешь как к родным на фоне разворачивающейся драмы. Сериал сдетонировал, поскольку попал в нерв: российское общество увязло в бесплодной инерции путинизма, и крайне тяжело осознавать перед лицом стремящегося к развитию открытого мира, что человеческая жизнь в России, увы, по-прежнему оценивается фразой «Что случилось с лодкой? — Она утонула». Укрытие правды любой ценой во благо сохранения полномочий, попрание гласности и моральных законов — всем этим наше общество по-прежнему тяжело больно. Скверно, что разбираться в наших невыученных уроках приходится иностранцам. Но когда-нибудь это, конечно же, придётся всерьёз делать и у нас. Шаг за шагом.

«Дом странных детей»: нежданное продолжение

Чего я не ожидал совершенно, так это того, что Ренсом Риггз продолжит цикл «Дом странных детей» четвёртым томом и, исходя из прочитанного, решит продолжать эту историю и дальше. Казалось бы, трилогия вполне всё расставила по местам, удовлетворив любопытство тех, кому Тим Бёртон, весьма халявно экранизировавший первую книгу, первоначально открыл риггзовский Странный Мир. Блиц-впечатлениями о трилогии в целом я делился ранее.

Но вот, явно не чуждый перфекционизма автор выпустил продолжение, солидно превосходящее объёмом любую из трёх первых книг. Снова винтажные фотографии (нет, не так, ЕЩЁ БОЛЬШЕ винтажных фотографий!) — как стержневая фишка серии, и через паузу в полтора месяца после прежних событий нас — так функционирует прошитый временными петлями Панпитликум — переносят в Америку сразу двух исторических периодов, сперва в современный, а затем — не сидится же некоторым на месте! — в прошитые гангстерскими автоматами нью-йоркские каменные джунгли 1930-40-х. Ну, застрявшим когда-то в одном нескончаемом дне 1940 года на Дьявольском Акре такое разнообразие только в радость. Джейкоб Портман теперь у себя дома в нашей реальности (домочадцы загипнотизированы для их же спокойствия), а переместившиеся вместе с Портманом Странные Дети под присмотром явно теряющей педагогическую квалификацию мисс Сапсан в новых условиях не могут быстро состариться, так что — нет конца и преград приключениям. Тайна Абрахама Портмана, наделённого паранормальными способностями дедушки Тигрёныша Джейкоба, по мере распутывания ниточек доводит внука (да и нас, читателей) порой до ледяного ступора, а простая, казалось бы, миссия нескольких Странных Детей, сбежавших в прошлое вместе с Джейкобом прямо из-под носа (или клюва?) мисс Сапсан обернулась большим экшеном, чему и посвящена книга.

Обидно, что в новом повествовании суперспособности героев используются как-то...вполсилы (а в компании Странных Детей есть и невидимка, и силачка, и пророк-сновидец, и владеющая пирокинезом старушка в личине девочки, и воскреситель мертвецов, и девочка со ртом на затылке, и мальчик-улей), а ставка сделана на психологизм и прямое противостояние — возможно, чтоб зримее передать американский стиль. Плюс — бОльшая свобода сюжетных маневров и парадоксы восприятия разных реальностей, что позволило автору полакомить нас достойным юмором. Серия ещё не закончена, ведь разномастной компашке шатающихся по временам уникумов всегда есть кого спасти.

Спектакль «В городе Лжедмитрове»: делюсь впечатлениями

16 мая развлеклись, сходив в ДК имени Зуева на только что запущенный резонансный спектакль «В ГОРОДЕ ЛЖЕДМИТРОВЕ». Премьера состоялась в марте, и мы побывали на седьмом показе. Впечатления разноплановые, всё могло бы быть смелее и энергичнее. Но в плюсах — отличная игра актёров, олдскульно глэмующая группа «Несчастный случай» в полном составе с новыми ударными песнями, мультикультурный бульон из Оруэлла, Стругацких и Салтыкова-Щедрина, скачущая по зрительским креслам голова Берии в виде надувного шара, цитаты из Ричарда Баха и всё такое в цитадели, пронизанной духом культовых спектаклей «День радио» и «День выборов».

Спектакль начался неожиданно: вскоре после третьего звонка на сцену вышел вполне себе буднично одетый Алексей Кортнев и, поблагодарив гостеприимный ДК Зуева за предоставленную сцену, обратился к зрителям со словами благодарности за посещение, отметив явное расширение аудитории и наличие незнакомых лиц (несмотря на репертуар, «не меняющийся лет двадцать...пять...»), заодно попросив всех отключить мобильные телефоны. И, уже берясь за гитару, невзначай оповестил, что приветствует нас на своём творческом вечере, который носит название «Искренне ваш, Антон Мячиков». Едва зрители успели понять, что это никакая не премьерная «преамбула от лица создателей», а реальное театральное действие, как герой Кортнева начал исполнять песню. На втором или третьем куплете у певца внезапно стали происходить сбои памяти: песня разваливалась на невнятные части. В итоге окончательно увязший в словесной каше герой прервал исполнение раздражённой репликой: «Да что ж тут так воняет-то?!!».......

Переходите к дальнейшему чтению ПО ССЫЛКЕ.

Кадр дня

Давеча пережидали охренительную московскую грозу на автобусной остановке — в компании весьма известной персоны и его бдительных телохранителей )))

«Стингрей в Стране Чудес»: по следам Арманда Хаммера

Воспоминаний Джоанны Стингрей мы ждали давно, ещё в девяностые. И так привыкли к факту их отсутствия, что уже перестали ждать — попросту за ненадобностью: к этому времени мемуары и реально значимые материалы о поре формирования феномена русского рока и его ключевых персонах опубликовали даже те, кому и рассказать-то оказалось, по существу, нечего.

Сергей Курёхин, БГ, Цой и «Кино», Костя Кинчев, СашБаш, Тимур Новиков, Коля Васин, Пётр Мамонов, Африка — разве для вас будет откровением констатация их несомненного свободолюбия, инаковости, дерзости, крутизны, стремления к духовным и чувственным вершинам? Конечно же, нет, об этом не знает или не догадывается лишь ленивый. К степени таланта означенных людей и вовсе нет вопросов — всё золотое рок-наследие 1980-х издано и переиздано. От Джоанны если чего-то и ждали, то только не приправленных чрезмерными поэтическими метафорами и тривиальными сценарными сцепками упражнений в изящной словесности. И не вычурной сентиментальности. Получилось нечто среднее между всем названным и безобидными, в целом, дружескими воспоминаниями за чаем с печеньками. С лёгким свинцовым привкусом шпионского детектива.

Итак, спустя 35 лет после первого погружения молодой любознательной американки Джоанны Филдс (дерзкой дочери обеспеченных родителей, спортсменки, певицы, осведомлённой фанатки Дэвида Боуи) в унылые реалии СССР эпохи постбрежневского застоя (Москва и Ленинград 1984 г.), давно повзрослевшим «детям перестройки» предоставлена, наконец, возможность погрузиться в детальную хронику событий вокруг резонансной культурной смычки блондинистого «посла доброй воли и мирового рок-н-ролла» и ошалевших от такого стечения нежданных-негаданных событий музыкантов (по преимуществу, из Ленинградского рок-клуба), которые пылали зажжёнными с обеих сторон свечами в своём андеграунде кочегарок и сторожевых вахт, играя на самопале и подпольно записывая гениальные альбомы. Абсолютно параллельно ползущей за окнами эпохе позднего социализма и, порой, используя эту эпоху в собственных прагматичных целях. Всё это — в хронологическом отрезке 1984—1987 года, дальше у этой книги обрыв и обещание продолжения.

Задерживать дыхание в предвкушении каких-то эксклюзивных историй или неизвестных эпизодов, в общем, нет надобности. Вы и так хорошо знаете: в период «холодной войны» СССР от мира отделял «железный занавес», советский народ (музыканты не исключение) практиковал двоемыслие (одни слова для кухонь, другие — для улиц) и показное равнодушие, собирая и запуская в космос сверхмощные ракеты и при этом отстаивая трёхчасовые очереди за колбасой и туфлями и подтираясь в сортирах газетами вместо дефицитной туалетной бумаги. На проспектах пустынно, в парадных скверно, в квартирах — духовно. И да, за всем наблюдало недремлющее око КГБ, пока наблюдать задаром не надоело. Это здесь. А там — не менее злобные спецслужбы, преследующие коммунистов и леваков и в каждом невинном жесте видя «красную угрозу». Горбачёв и Рейган в преддверии переговоров в Рейкьявике, взрыв на Чернобыльской АЭС, война в Афганистане, фильмы с Брюсом Ли и Джеки Чаном. Такие дела.

Посреди этой паранойи состоялось знакомство Джоанны с ленинградской богемой (точнее, наиболее бесшабашной её частью). Как пелось там же тогда же: «И тут приехали американцы...». Джоанна восхищалась талантом и энергией советских рокеров и снабжала их фирменными инструментами и  аппаратом, успевая заключать в объятия чуть ли не каждого из списка гениев. Знакомство переросло в дружбу и любовь, в результате этого романа на свет родился артефакт: двойной LP «Red Wave», изданный с США на частные средства и поначалу вызвавший волну официального негодования здесь и опасливые подозрения там, а в конце концов послужил делу легализации всего русского рока в СССР и определённого налаживания культурных процессов между империями (прямая ассоциация с миссией Стингрей — миссия «официального друга СССР» бизнесмена Арманда Хаммера и его поразительная тяга к сотрудничеству, в том числе и на ниве искусства). Собственно, хроника подготовки и выпуска артефакта — основа книги. Сквозной линией — сентиментальный роман с гитаристом «Кино» Юрием Каспаряном, а в финале мрачноватой и полной опасностей и суицидальных порывов сказки, как водится, — свадьба.

На мой взгляд, эти мемуары значительно запоздали и изданы, скорее, «для галочки» — в угоду перфекционистам от мемуаристики и книжного бизнеса. Чувствуется, что реальный автор текста — дочь Джоанны, Мэдисон, а возможно, не обошлось и без русского редактора-соавтора (тому подтверждение — многочисленные комментарии переводчика, порой более содержательные и живые, нежели базовое повествование). Без реального эксклюзива (не хочется считать таким — ОСТОРОЖНО, СПОЙЛЕР! — факт «предательства» БГ, сексуальную сцену с лидером «Алисы» или безвольное преклонение Цоя перед соевым — цоевым — соусом) книга, увы, будет затеряна в общем массиве. Спасает уникальный и снабжённый комментариями фотоархив Джоанны (несколько цветных глянцевых вставок) и, в общем, пронизывающая повесть здоровая самооценка.

Хочется надеяться, рассказ о девяностых будет живее и увлекательнее.

Архив культпоходов (2007): магия Ларисы Зеневич

Морозной зимой 2007 года ходил в грызущем сустав жёстком наколеннике, нещадно хромая. Что не помешало нам посетить 10 февраля волшебную выставку Ларисы Зеневич в галерее на Солянке. Впечатления о работах одной из самых талантливых художниц студии Юрия Норштейна — в очередной главе моего нескончаемого «АРХИВА КУЛЬТПОХОДОВ».

В гостях у Кафки

Ознакомление с «биоГрафическим романом» о жизни и творчестве Франца Кафки (русскоязычная адаптация оригинального издания 1993 года) оставило двоякое впечатление. С одной стороны, всё на месте: пронизанная мистикой и антисемитскими сквозняками история Пражского гетто, непримиримая вражда Франца с отцом, серая (но позволявшая держаться на ногах) рутина на поприще должности страхового агента, хроника телесных недугов и запредельно болезненных взаимоотношений с женщинами и даже довольно подробный пересказ в эстетике комикса «Превращения», «Норы», «В исправительной колонии», «Процесса», «Замка», «Пропавшего без вести»...

А с другой стороны, столь поверхостно-спойлерная версия прикосновения к уцелевшему (вопреки предсмертной воле автора) творческому наследию вызывает лишь некое недоумение у всякого читавшего эти преисполненные философией и горькой вселенской иронией тексты, а акцентирование на самых кровоточащих эпизодах жизни делает их героя, непосредственно Франца Кафку во плоти, стопроцентным персонажем комикса — носителем тени упрощённого до внешней обёртки «кафкианства», о котором автор этой работы, кстати, постоянно оберегающе упоминает.

Но, безусловно, жёсткий реализм и сквозной сексуальный подтекст ещё не делает данный графический эксперимент «биографией в стиле нуар», как об этом бойко утверждается в аннотации. На мой взгляд (читал всего Кафку, включая его порой более глубокие и ценные, нежели завуалированный художественный вымысел, письма и дневники), персонажу данной «биографи(к)и» далеко как до Луны до того Кафки, которым восторгались Сартр и Камю и чьё литературное наследие так истово призывал предать огню сам автор.

Попытка хаотичного приближения, как если бы не чуждый уличных игр ребёнок рисовал явившееся ему во сне трепещущее божество. Но и не более того.

Сериал «ХЭППИ»: между Тарантино и «Кто подставил кролика Роджера»

Не отказали себе в удовольствии посмотреть американский сериал «ХЭППИ». Зубодробительное совмещение тарантиновщины с «Кто подставил кролика Роджера», синтез рождественского детектива, пародийного экшена, чёрного юмора на грани (не)приличия и нескончаемого, квазитрешевого психодела — что ещё нужно, чтоб отдохнуть душой и развлечься?

Экранизация серии комиксов Гранта Моррисона и Дарика Робертсона скучать не позволит. Крутой полицейский Ник Сакс в исполнении харизматичного актёра Кристофера Мелони (вспомним «Страх и ненависть в Лас-Вегасе») давно работает по другую сторону закона: закинувшись всем, от чего только можно балдеть, он выполняет услуги киллера для мафии. Однажды Саксу почти выпадает шанс расстаться с жизнью, но едва выкарабкавшись с того света, бывший коп видит воочию странное существо — до боли утрированного синешёрстного единорожика (больше похожего на летающего двузубого ослика), представившегося именем Хэппи. Данное существо — вымышленный друг девочки Хейли, похищенной в Сочельник во время детского представления маньяком в личине Санта Клауса. Маньяк и сам является марионеткой в чужих руках, но похищение детей является его осознанной мотивацией: он «спасает их от взросления». Мы узнаём, что Ник Сакс — отец Хейли, хотя сам этого не знает и не желает знать в силу определённых профессиональных причин. Послание Хэппи получено (синий единорог чрезвычайно назойлив и не в меру разумен для летающей галлюцинации), но путь к спасению девочки и других детей будет чрезвычайно извилист, поскольку в этой истории целая вереница антигероев и «супербоссов», да и самого экс-полицейского Сакса трудно назвать ангелом. Блестящая режиссура и сценарий, бьющий через край юмор, ворох отсылок и пародийных моментов, каскад эпизодов и совмещение несовместимого — всё это работает на то, чтоб зритель не заскучал ни на минуту и получил истинное удовольствие. В реальном времени выходят серии второго сезона «Хэппи», не пропустите.

Роберту Смиту — 60!

Роберту Джеймсу Смиту, бессменному лидеру и автору песен безмерно почитаемой мной британской группы «THE CURE», исполнилось 60 лет. Предлагаю освежить в памяти творческий путь юбиляра посредством досье нашего «Клуба громовержцев».

Эта музыка будет вечной? Обзор концерта В.Бутусова

Сегодня — мой отчёт о концерте Вячеслава Бутусова в «Главклубе» 23 марта этого года. Программа «Гудбай, Америка!», состоящая из суперхитов легендарной группы «Nautilus Pompilius» - с новыми музыкантами, неоднозначными аранжировками и шикарным визуальным рядом. Всё, как обычно, раскладываю по полочкам и делюсь впечатлениями.

О фильме "Скоро всё кончится... "

«Стыдно быть хорошим!» — укоряла проститутка Люба, героиня рассказа Леонида Андреева «Тьма», разговорчивого анархиста Алексея, укрывшегося от преследующей его полиции в публичном доме. А в финале, когда за террористом пришли, горько сожалела о том, что парень не принёс с собой бомбу: «мы бы их всех!..». Фильм Алексея Рыбина «Скоро всё кончится», о котором хочется сказать пару слов, не имеет настолько острых углов и многослойности, как андреевская драма. Жаль. В этой киноистории философия медитативно доминирует над какой-либо остротой, вытесняя ту из сферы зрительского интереса. Хотя, по идее, сквозная тема российско-украинского конфликта, тема вечного бодания отцов и детей на руинах империи к подобной остроте более чем располагает. Ан нет, конфликт выглядит тусловато — как использованный в картине саундтрек мало кому известных и похожих друг на друга андеграундных групп.

Молодой токарь Михаил Носов, живущий свою одинокую питерскую жизнь в отрыве от родного Челябинска, в свободное от работы время смотрит новости по зомбоящику, изредка обсуждает их с товарищами по цеху (два закадычных антагониста, «мещанин» и «партиец»), читает с горящими глазами модного Прилепина и инвестирует свою зарплату передовика в частный притон, где с первого взгляда влюбляется в проститутку Диану. Постепенно у пары выстраиваются отношения, сведённые в итоге к более чем предсказуемому финалу. Никакой бомбы не будет — всё под контролем.

Из несомненных плюсов фильма: отличная актёрская игра (особенно хорош Сергей Лосев, лучше всех вжившийся в роль тоскующего по СССР функционера, рвущего себе сердце из-за сына, который ходит на марши несогласных — при этом творящаяся в братской стране бойня его как бы и не интересует), добротный сценарий, диалоги. Минусы: нарочито упрощённая подача на грани документального кино, невнятный и не всегда объяснимый саундтрек, излишний хронометраж, давящая эмоции свинцовость и, главное, досадная предсказуемость. В целом — симпатично и симптоматично, потраченного на просмотр времени (почти два часа!) не жаль. Но хочется если не фаустовских высот, то хотя бы среднефаустовских — это ж, всё-таки, кино. Жду от режиссёра, которому искренне симпатизирую, новых — устремлённых к совершенству — работ.