Посмотрел «Теорему Зеро» Терри Гиллиама

Вот хоть руками машите, а я предпочёл бы видеть «Теорему Зеро» Терри Гиллиама не в виде кинофильма, а в виде спектакля. И это был бы крутой спектакль, ух, насколько крутой! Для фильма, пожалуй, многовато пестроты и отвлекающих эффектов. Собственно, «Теорема Зеро» и проросла-то из небольшого рассказа «Звонок» университетского препода Пэта Рашина, написанного в 1999-м. Со временем рассказ стал сценарием, прыгал мячиком из рук в руки и попал, наконец, к Терри Гиллиаму. Создатель «Бразилии» и «Двенадцати обезьян» увидел в этой истории нечто близкое своему оригинальному мироощущению и — отложил сценарий на потом. Был снят «Воображариум доктора Парнаса», затем как-то не получилось снять «Человека, который убил Дон Кихота» (кстати: ходит слух, что Гиллиам снова взялся за этот лакомый артефакт и ВЫПУСТИТ, всё-таки, фильм в следующем году!), и вот, в 2012-м маэстро приступил к съёмкам своего самого малобюджетного за последние 30 лет фильма «Теорема Зеро», взяв на главную роль обритого налысо Кристофа Вальца (хорошо, что он, а не планировавшийся Билли Торнтон).

Вальц в этой киберпанковской крэйзухе о разукрашенной всеми цветами радуги и голосящей рекламными слоганами чёрной дыре недалёкого будущего (на самом деле, производственном романе о нашей повседневно-насущной реальности) играет некоего говорящего о самом себе в третьем лице программиста-мизантропа по имени Qohen Leth (Qoheleth на иврите — Экклезиаст, а коэн — никто иной, как иудейский священник, и в фильме абсолютно всё существует в этом искажённом, насмешливо-антирелигиозном преломлении, и даже из висящего на стене Распятия на героя день и ночь смотрит глаз пресловутого Большого Брата). Герой фильма одевается, как заключённый концлагеря (типа, духовное заточение) и живёт телесным компьютерным придатком в обезлюдевшей после пожара церкви («Когда-то тут жили монахи, давшие обет молчания. Они не нарушили его даже ради крика „пожар!“, ха-ха!»), капая на мозги своему боссу, чтоб тот выбил ему у Руководства возможность работать на дому, поскольку он постоянно ждёт важный для него ЗВОНОК. Типа, ему наконец-то расскажут, для чего он живёт :) Босс всё никак не научится правильному имени этого Коэна, называя его Куином, но выбивает бедолаге возможность не являться на работу — с условием, что тот теперь должен приложить максимум усилий, чтоб решить некую теорему Зеро, смысл которой сводится к доказательству бессмысленности существования. Герой получает в помощники психиатра в удалённом доступе (Тильда Суинтон), обаятельную киберпроститутку Бэйнсли и сына Управляющего, хакера-подростка Боба, который обожает пиццу и всех вокруг для удобства называет «Боб». Парадоксальным образом все эти люди со своей бездной внутри, но не лишённые иммунитета к энтропии, оказываются не в силах избавить Коэна Лэта от его космического одиночества. Доказывая, что Бога нет, нелепо ждать от Бога каких-то там важных звонков.

Настаиваю, эта история шикарно смотрелась бы на театральной сцене.

Отправить ответ

avatar
  Subscribe  
Оповестите меня